Городецкие легенды

В Городце удалось сохранить столько памятников истории, архитектуры и такой огромный пласт народных промыслов и ремесел, что хватило бы для столицы какой-нибудь маленькой страны. И кто знает, где бы сейчас была столица России, если бы не монголо-татарские набеги, в один из которых Городец сгорел дотла. Не помог даже городской вал – два километра насыпи высотой до 15 метров, а сверху еще и деревянная крепость. Он и сегодня частично опоясывает Городец, но ушедшие века «сгорбили» могучий вал, и теперь он поднимается всего на 5–7 метров. 

В старину жизнь Городца кипела внизу, под горой, у самой Волги, по которой проходили все транспортные потоки. В XXI столетии в этом месте построен большой музейный комплекс – «Город мастеров», где каждый может «опробовать» ремесла на себе, а местные мастера подскажут и помогут. 

У городчан издавна ладилось всякое ремесло. В городе и сегодня создают глиняные горшки и плетеные из тала корзины, лоскутные одеяла и домотканые половички, вышитые золотом головные платки и резные пряничные доски, шкатулки и разделочные доски с городецкой росписью, деревянных старичков и старушек – традиционную городецкую «плотницкую» игрушку, глиняные свистульки и многое, многое другое.

По легенде, одними из первых в опустошенный город пришли и поселились два брата-кузнеца Микитка и Федька Ивановы, которые обнаружили в здешних краях залежи руды и стали зачинателями кузнечного дела. С тех пор городецкие дома украшают литые чугунные крылечки, кованые железные ворота и декоративные решетки, вазоны, дымники и водосточные трубы из просечного железа. Этот стиль местные жители даже в шутку прозвали купеческим барокко, потому что позволить себе такое пышное декоративное убранство мог только состоятельный человек. 

В старинных купеческих домах и богатых каменных лавках сегодня расположились несколько музеев. Такие домики сохранились в историческом центре Городца. В одном из них не так давно открылся музей пряника. 

Городец когда-то гремел на всю страну своими пряниками, сладкой выпечкой на основе медового теста. Пряник – от русского слова «пряность»: в качестве обязательных ингредиентов для приготовления этого лакомства использовали молотый орех, цедру лимона или корицу. В Городце выпекалось несколько десятков сортов: фруктовых и сиропных, маленьких, закусочных и «битых», весом до 25 килограммов. 

Пряник – это лакомство не на каждый день. Такой сладкий и дорогой по тем временам подарок мог быть сделан на именины или на другой торжественный случай. Для этого выпекались пряники большого размера со специально заказанных нарядных и богато украшенных печатных досок. На них чаще всего изображали двуглавого орла со знаками царского отличия – в короне, со скипетром и державой. По краю пряника иногда делали такую, например, шуточную надпись: «Подарок вечно для памяти существует». Похожий пряник городчане подарили Николаю II .

Для массового производства мастера использованы сказочные сюжеты, а позднее стали украшать свои изделия изображением бытовых предметов. В городецких музеях на печатных досках XIX века можно увидеть и такие прозаичные, будничные вещи, как ветряные мельницы, пушки, замки и даже конторские счеты. Естественно, пряничники обращали внимание на все новое и необычное. Они стремились привлечь к себе покупателей, прежде всего детей, и потому не могли пройти мимо технических диковинок своего времени. Так возникли на досках изображения паровозов и пользовавшихся огромной популярностью волжских пароходов. 

Городецкие дельфины

В XIX столетии технический прогресс привел к расцвету в Городце уникальной глухой домовой резьбы по дереву. Если раньше доски с рельефным рисунком украшали нос и корму речных парусных судов, которые здесь строили еще со времен Петра I, то с появлением парового флота спрос на резчиков по дереву на Волге упал. Зато в Городце стали появляться дома с резными наличниками и бревнами кровли, украшенными головами коней. Главным персонажем такой домовой резьбы обязательно было какое-нибудь существо, призванное охранять спокойствие и уют в семье. 

 Мастера фантазировали и получались птицы с человеческими головами, львы, гривы которых напоминали солнце, или русалки. А однажды местным резчикам было заказано сделать герб тогдашних владельцев Городца графов Паниных и поместить его над воротами их усадьбы. Только вот проблема: на гербе они должны были изобразить дельфинов. Мастера призадумались: отродясь таких чудных зверей знать не знали, видеть не видывали... Так и пришлось по наитию вырезать, и получились не то киты, не то головастики из Волги. А кому-то эти неведомы зверушки напомнили стерлядь... С тех пор «городецкие дельфины» как неофициальный символ города украшают ворота барской усадьбы, где теперь разместился один из местных музеев. 

На одной из улочек Городца местные жители покрасили свои дома в яркие цвета: розовый, зеленый, красный, синий – и получилось что-то похожее на краски знаменитой городецкой росписи.

Еще в древности целые деревни на реке Узоле, что протекает близ Городца, занимались производством и сбытом «щепного товара» – расписанных особым образом изделий из дерева. Очень хорошо в те времена расходились прялки, состоявшие из гребня, прикрепленного к доске для сидения донцу, которую, помимо использования по прямому назначению, вешали для украшения на стену. За века выработался особый стиль: неповторимый орнамент, оригинальные сюжеты, рецепты красок – и возникла знаменитая городецкая роспись. За основу мастера брали русскую иконопись с ее мягкостью линий и отсутствием динамики.

По сюжету первые работы очень напоминали «Троицу» Андрея Рублева. Но народные художники рисовали свободно, без предварительного контура, зачастую пренебрегая всякими пропорциями. Возможно, это объяснялось и тем, что каждая семья, чтобы прокормиться, должна была делать ежедневно до десяти таких донец. Это были очень яркие – иначе не увидишь в темной избе, – наивные изображения чаепитий, гуляний, катаний на лошадях купцов и дворян, как это виделось простым людям. Такие расписные доски – как сериалы для современных домохозяек, где все красиво, богато и неправда. Для народных художников, кроме работы для пропитания, они были попыткой уйти от повседневности. Пусть и совсем ненадолго.

Анастасия ИВАНОВА