Свежая информация производство флагштоков здесь.
Мнение
автор фото Кравецкий Геннадий

Международная поэзия и абсолютный обман

09.06.2010 | Литература | 

В последние двадцать лет в русской поэзии устоялась некоторая мода на верлибр – если кто не в курсе, это такая система стихосложения, где все в воле автора: можно не отвлекаться на метр и рифму, а просто ронять, как дерево листья, этакие импульсы фраз. Например:

однажды

после невразумительной пьянки и короткого нелепого сна

я вышел на границу квартала

и вдруг 

наш мусорный лес

уваленный пластиковыми бутылками и окурками 

показался мне настолько прекрасен –

ну, и так далее.

Не то чтобы эта деятельность не имела никакого отношения к поэзии. Во-первых, на верлибр все же изначально переходят поэты – скажем осторожнее, люди, не лишенные поэтического дара. Они находят исходное впечатление как бы в верном месте – там, где другой поэт попытался бы написать полноценное стихотворение. Далее – форма (точнее бесформенность) верлибра позволяет автору удерживаться в рамках абсолютной искренности. Как говорят поэту-неудачнику: это ты для рифмы написал. Тут, сами понимаете, для рифмы писать не надо. Материал не сопротивляется – на горло собственной песне вставать не приходится. Получается искреннее журчание. Ключевое слово в последней фразе – получается; мы к нему еще вернемся. А пока проиллюстрируем еще разок, допустим, так:

бывают такие дни 

когда буквально все валится из рук 

даже яйцо не сваришь 

даже чайник на конфорку встает как-то косо 

солнце за окном становится матовым как лампочка в уборной 

чай остывает пока посмотришь в окно 

что же ты моника устала ждать других дней –

ну, и так далее.

Есть красноречивый продукт – чипсы со вкусом того-то. Так и верлибр. Если полнокровное стихотворение на минутку сравнить с клубникой, лимоном или (реже) с сочным куском мяса, то верлибр – чипсы с соответствующим вкусом. Он (вкус) распознается, а если исключить из культурного рациона собственно клубнику, мясо, лимон и все остальное, то организм перестраивается на восприятие чипсов. Заметим в окончание метафоры – одного и того же с легкой отдушкой разного.

Раздвинем границы Российской Федерации и русского языка. На мировой сцене верлибр уверенно царит, как теперь бы сказали, рулит. Он подмял под себя англоязычную, франкоязычную, испаноязычную поэзию. Можете повертеть глобус и представить себе размах явления. Добавим еще одно свойство верлибра – он легко переводим. Собственно, он мало отличается от подстрочника – так, чуть отредактировать, причесать. Не мое, а всеобщее наблюдение – такие верлибры изначально похожи на переводы. Еще – они как бы написаны одним международным безликим автором сразу на двадцати языках. 

Быстрая и бесперебойная переводимость, а также единый культурный код делают этот самый верлибр главным содержанием международных поэтических фестивалей. Да что там – верлибр довольно успешно претендует на роль мировой (глобальной) поэзии.

Два с половиной года назад я побывал в писательском городке в Айове-Сити. Симпатичные, неглупые, дружелюбные, одаренные (наверное) молодые люди обоих полов из самых разных стран мира общаются, радуются жизни, пишут эссе и стихи. Вечером – литературный вечер. Гречанка читает «стихотворение» по-гречески – все с блаженными улыбками внимают «музыке языка». Потом – мгновенный перевод на английский. Все впитывают смысл. Собственно текст – см. примеры выше; мне нетрудно и еще написать, но я ценю ваше время. 

Как это все оценить? С социокультурной точки зрения – прекрасное место. Как говорят у нас в России: лучше, чем нюхать клей. Лучше, чем воевать. Несомненно. Make verses not war. ОК. С точки зрения искусства – извините уж, убожество, притом довольно опасное в недалекой перспективе.

Я бы сказал так: это намерения стихотворений. Неслучайно многие верлибры выглядят примерно так:

я хотел бы написать стихотворение 

об этом чудесном закате 

когда солнце как бы с легким шипением 

опускается в линию горизонта 

воздух плывет 

чайка летит низко над водой 

последние туристы покидают пляж 

краски тускнеют


ну, и так далее.

НАИВНЫЙ ЧИТАТЕЛЬ: Что ж стоишь, иди и пиши.

ХИТРЫЙ АВТОР: А я уже написал.

Давным-давно, в тихие 80-е, я присутствовал на научном докладе об одной поисковой системе. Докладчик довольно ярко обрисовал, как хорошо было бы, если бы эта система действовала примерно вот так. «Скажите, – спросили его в конце концов из зала, – а в каком виде существует эта система? В виде программы или разработки?» – «В виде этого доклада».

По-моему, здесь ключ к пониманию бессилия верлибра как системы. Он не допускает неудач (так как сам есть мировая неудача). А в классической ситуации поэт, принимаясь за стихотворение, никогда не знает заранее, получится у него или нет. Он изначально хочет большего, чем огласить намерение; как достичь этого большего – не знает. Тут, из невозможности, как правило, не получается ничего. А изредка – искрит поэзия. А там, где планка изначально на метре от земли, всегда получится ожидаемое. И никогда не получится ничего всерьез.

Конечно, я не говорю, что верлибр всегда ужасен. Есть блестящие образцы Блока, Гумилева, Ахматовой, Мандельштама, Ходасевича. Типология их очевидна – поэт в последний момент, неожиданно для себя, отбрасывает условности метра и рифмы. Не навсегда, а только здесь и сейчас. Такие верлибры как бы изначально встроены в регулярное стихосложение – как крайнее нарушение его законов. Нельзя – но если очень надо, то можно. 

И уж, конечно, не всякий рифмованный хорей – поэзия. Скорее наоборот. Но здесь неудачи честнее – банальность, вторичность и бессмысленность прут изо всех щелей. Нет этой позы усталой медитации. 

Аналогами верлибра являются неопрятная дневниковая проза, современное визуальное искусство, словом – вся та бесфактурность, которой пластически легко достичь. Антиподом – уличный оркестр.

Он не претендует на большое культурное значение, но выдернутый из толпы прохожий не в состоянии заменить ни гитариста, ни саксофониста, ни даже ударника. За ребятами как-никак восемь–девять лет музыкалки, если не больше. В итоге они могут сыграть, скажем, «Yesterday», а я не могу. 

В литературе, уже – в поэзии, конечно, есть аналоги этих девяти лет музыкалки. Я не о Литинституте говорю и не о разнообразных семинарах creative writing – это все же забавные исключения. Настоящий поэт после десяти–двадцати лет письма умеет больше, чем вначале. Он не может продемонстрировать свою технику на Арбате, но она есть.

Согласно афоризму Бродского, поэт – инструмент языка. Но даже если ограничиться традиционной расстановкой, язык – инструмент поэта. Однако язык – во всей его глубине и многогранности, с его мелодиями, фонетическими сближениями, звучанием. А оставляя от слов только смысловые шкурки, мы получаем в итоге недопоэзию, что я и попробовал проиллюстрировать и объяснить. 

Леонид КОСТЮКОВ

Поделиться ссылкой:

Комментарии
Добавить комментарий
Владимир Костылев | 17.06.2010 | 07:46

Крайне противоречивая статья. И к сожалению, у меня нет свободного времени вступить в полемику с Вами.
Прочти, пожалуйста, верлибры известного поэта Вячеслава Протасова.
На мой взгляд, нужно обладать абсолютным отсутствием поэтического слуха, если называть подобные произведения "чипсами"...

«Литературный меридиан» № 6, июнь 2009 г.


В ПРОВИНЦИАЛЬНОМ ГОРОДЕ
I
на этой улице
живёт Неразделённая Любовь
вот – дом её
увитый диким виноградом
вот – дверь
ключи на дне засохшего колодца
а вот – лицо её
       застывшее
за ржавою решёткою окна

II
по этой дороге
всегда на рассвете
возвращается с песенкой летней
синьора Счастливая Любовь
в правой руке её – сонная роза
левая – весело мчится по воздуху
губы её перепачканы
соком вишнёвым
юбка её – ах боже мой –
постоянно измята

адрес её никому не известен
если вы даже припрёте к стене
городских почтальонов
вряд ли узнаете
что-нибудь определённо

нет – говорят –
и вообще у неё никакого нет дома
да – говорят –
а вчера её видели спящей
в саду возле тополя
третьего с краю

впрочем
вы можете встретить её
на рассвете
здесь на этой дороге
узнать-то ведь проще простого:
в правой руке её сонная роза
левая весело мчится по воздуху
губы её перепачканы
спелыми вишнями
юбка её – ах боже мой –
постоянно измята
======================================================

ОКЕАНСКАЯ ПОЧТА

напишу тебе
совсем короткое письмо
такое чтобы ему было
просторно
в пустой бутылке
тёмно-зелёного стекла

...буду слушать
чем это недовольна волна
покидая берег
передразнивать чаек
вспоминать о пустяках

и глядя в море
с нетерпением ждать ответа
======================================================

ПЕРЕЛИВАНИЕ КРОВИ

разлучить нас –
всё равно что взять и отменить
самый главный закон природы
заодно и все остальные законы

экстерном мы сдали экзамены
в школе
где учат забывать прошлое
над моим столом
аккуратно прибита
похвальная грамота

...а вчера в рыбном отделе
в какой-то длинной и нервной
очереди
я почувствовал вдруг
как в меня – капля за каплей –
переливается твоя кровь
горячая нетерпеливая
она слегка покалывала вены

испуганный
я бросился сломя голову
на улицу

чтобы предупредить тебя
но меня остановили прохожие
– чудак – сказали они
постарайся успокоиться
в этот миг
твоя кровь капля за каплей
капля за каплей
наполняет её аорту
и уже совсем близко от её сердца –

вот и попробуйте нас разлучить!

во-первых –
это всё равно
что отменить все законы
природы

а во-вторых –
слишком много испорчено
       крови...

======================================================

СВОБОДА ВЫБОРА

этот точильщик невозмутим
и спокоен

искрами брызжет
упругое тонкое лезвие

может вонзиться легко
в тёплый хлеб на столе

может легко перерезать
поющее горло

======================================================

УРАГАН С ТВОИМ ИМЕНЕМ

сейсмологи Японии
дыханья затая
следили в эту ночь
за стрелками приборов

как всегда –
ничего нельзя было изменить
как всегда –
      только предупредить
о надвигающейся опасности
и ждать...
ждать...
ждать...
и назвать ураган твоим именем

... в эту ночь
на спящих островах Японии
были отмечены
оглушительные толчки
моего сердца

Ответить  
Ольга Сафарова | 20.07.2010 | 13:11

Абсолютно с Вами согласна, Леонид.Верлибр на западе уже убил поэзию, мы ещё пока держимся. Аналогичная история происходит с нефигуративнрй живописью: какждый художник-классик может создать абстрактное полотно, но далеко не каждый абстракционист, тем более, инстоляторщик может напистать(нарисовать) хотя бы правильное похожее изображение.Так же (как Вы абсолютно верно пишите)поэт. владеющий арсеналом классической поэзии может и пишет иногда верлибром или ритмизированной прозой, но те, кто от неуменья, от отсутствия внутреннего чувства ритма, от глухоты к языковой просодии, да просто следуя этой западной моде. пишут верлибром и без знаков препинания и заглавных букв - просто не могут написать мало-мальски приличные рифмованные строчки! А если и пишут - то получается банальщина с избитыми рифмами " кровь-любовь-вновь". С уважением - Ольга Сафарова

Ответить  
Роскультура - rus