Что мы знаем о сегодняшних пятнадцатилетних? Мы, тридцатипятилетние родители и пятидесятипятилетние дедушки-бабушки?

В «Барвихе» Евгения Лаврентьева главная тема — «дети и деньги».

Подтекстом сериала Валерии Гай Германики «Школа» постоянно идет разговор о семье. Семья, которая, как признал весь класс дружным поднятием рук, изжила себя, — выглядит в сериале тем спасительнее, чем труднее ей сохраниться в наставшем укладе человеческих отношений

У нас есть бытовое понимание исторического движения как некоторого пути, где мы находимся в определенной точке; сзади – неисчерпаемое прошлое, впереди – смутное и тревожное будущее. Путь – после ХХ века это особенно очевидно – не то чтобы ведет вперед и вверх; он сам по себе довольно извилист и ухабист. И все же есть некоторая последовательность обновлений Дальше >

«Скандал недели» — а именно в эту рубрику поместили событие многие периодические издания — начался с курьеза: истошно-визгливой статьи в ЖЖ первого секретаря Союза российских писателей Светланы Василенко Дальше >

У ленинградского филолога Игоря Сухих я вычитал когда-то не-ожиданную, революционную даже, мысль. Литературная эмиграция, считает профессор Сухих, представляет собой миниатюрную модель будущего российского литпроцесса.
И некоторые позиции этого тезиса находят свое подтвержде-ние, особенно в отношении так называемой «третьей волны» Дальше >

Особая сфера культуры, отличающаяся собственным ценностным строем, обычаями, и нормами. Знакомое определение, не правда ли? Совершенно верно – людей, «вписавшихся» в него, в России можно встретить почти везде. И, как правило, среди молодежи Дальше >

Те, кому посчастливилось родиться в столице, при выезде за ее пределы не устают удивляться: «Да-а-а… Россия — не Москва».
А те, кто из глубинки попадает в столицу, с удивлением смотрят на ее жителей: кто это? Неужели — такие же русские люди, как мы? Тогда почему они так презрительно смотрят на наши скромные одежды, так неприязненно слушают наш говор, отличающийся от московского?
Дальше >

Попробуем разобраться, что же такое сегодня «толстые» литературные журналы — и что именно следует (или не следует) поддерживать в них государству Дальше >

Планы превращения российских библиотек в современные информационные центры отложены до светлого послекризисного будущего, если таковое наступит. Пока же технологическое отставание общедоступных книгохранилищ от требований времени лишь нарастает Дальше >

Молодые вокалисты «паломничают» по конкурсам оперных певцов в надежде быть замеченными и востребованными. Одновременно с ними по музыкальным столицам кочуют менеджеры западных концертных агентств. Российских агентов мало, потому что им почти нечего предложить будущим звездам сцены Дальше >

Недавно по телевизору в очередной раз «гоняли» давно ставший легендарным фильм «Три плюс два». Помните, главные герои оказались в цирке, где милиционер пытался выговорить им за то, что они, в нарушение какого-то там постановления городского совета, находятся в шортах в общественном месте. А это строго-настрого запрещено. Их, правда, спасло то, это был сон одного из героев. А может, тот упомянутый нормативный документ так и не отменен. Но сегодня в летнюю пору наше население спокойно щеголяет в шортиках почти повсеместно Дальше >

Подлинная литература с годами становится более действенной, расширяет зону воздействия, постепенно утверждается. Возникает своеобразный конус, идущий из точки создания произведения, — или не возникает, почему я стараюсь аккуратно говорить только о попытке создания литературы. С другой стороны, книга массового тиража и не рассчитана на долгую жизнь. Она одноразово захватывает большое пространство — и уходит в прошлое Дальше >

Давайте-ка представим себе фантастическую ситуацию, в которой развитие образования гарантирует нам появление новых Достоевских. Обусловит ли это высокий уровень культуры в нашем обществе? Дальше >

История не предполагает альтернативы. Но никто не может помешать нам: сопоставлять факты, строить параллели, находить закономерности. И обнаруживаются своеобразные исторические узлы. Ну, например, нельзя было (рано или поздно) не освободить крестьян — и, стало быть, в перспективе так или иначе маячил царь-освободитель. Или — переходя к словесности — куда же без Пушкина? Дальше >

На Руси пили всегда. Вслед за Александром Блоком «посчитаем» себя потомками скифов, заселявших часть территории современной России с VII по III век до нашей эры. Еще Геродот отмечал, что скифы спивались почти поголовно. Пили мужчины и женщины, старики и дети. Впрочем, до старости мало кто доживал. Время было такое. А в голодные времена выживших стариков поедали соплеменники, если считали, что те перестали приносить им пользу Дальше >

В 60—70-е годы ХХ века многое казалось понятным. Литературные журналы занимались сразу всем — собственно литературой, публицистикой, философией, политологией, поворотом рек, внедрением в жизнь либеральных или патриотических ценностей. Любопытнее, что этим занимались не только журналы, но и сами прозаики и поэты — как в статьях, так и внутри художественных произведений. Поэт, по крылатому выражению Евтушенко, был в России больше, чем поэт Дальше >

Последнее время приходится слышать два, казалось бы, исключающих одно другое суждения.
С одной стороны, СССР был «самой читающей страной», а сейчас никто не знает, как погибла Анна Каренина. С другой — в новой России, безусловно, расцвел книжный бизнес: издается чуть ли не миллион наименований книг в год, едешь в метро — полвагона читает. Противоречие, впрочем, кажущееся. Широкие массы отвернулись от серьезной литературы, но исправно потребляют глянцевый фастфуд. В культурном отношении этот разворот, конечно, прискорбен
Дальше >

Эта тема муссируется давно и охотно. Лично я никогда не относился к гипотезе о смерти романа всерьез. Для этого у меня было два веских повода Дальше >

Могла ли советская власть на корню задушить стиляжничество, появившееся в СССР в конце 40-х годов прошлого столетия и просуществовавшее вплоть до конца пятидесятых — начала шестидесятых? Дальше >

Чем бы заняться в свободное время? Собственно вопрос, как оказалось, не праздный и в некотором смысле может претендовать на статус общероссийского. Особенно это касается молодого поколения, ну, и тех, кто считает себя молодым: не сидит на месте, а постоянно ищет точку приложения своих духовных и физических сил Дальше >

С писателем Евгением Поповым и поэтом Олегом Хлебниковым мы вернулись из мифичных Петушков, найдя тайную свободу России в пригородной электричке Дальше >